Неразменный Шекель

Кажется настало время поговорить о (не)серьёзном бизнесе. Предупреждаю, что изложенное суть индивидуальный опыт, пропущенный через призму восприятия. То есть несет примерно никакую ценность для остального человечества. Просто помни, читатель. Я не жалуюсь, я делюсь опытом. Разница в том, что в первом случае я как бы подразумеваю, что всё не так (как я хочу), а во втором — созерцательно сообщаю о состоянии дел. 

А теперь к сути. Итак, я прожил в Израиле, а значит и в Эйлате, три с половиной года. Если читать мой бложик за это время, то можно проследить, как я воспринимал и принимал Израиль. Будем честны, я так и не “влился” в израильское общество. Более того, я кажется начинаю понимать, что это невозможно на сто, или даже восемьдесят процентов по ряду причин. Мысль не нова, уже проскальзывала. Я писал, что алимы непригодны для отправки в страну происхождения. Про вечное “лимбо” русской улицы. Но я всё время писал о некотором “внутреннем сопротивлении” алима, пытающегося влиться в новое общество. Теперь, кажется, пришло время поговорить о “внешнем сопротивлении”. О клеточной мембране нового (для репатрианта) общества.

Обложка той самой «Галактики». Прекрасная книга, в которой человек немношк предсказал появление того, что мы нынче величаем «клиповым мышлением».

Признаюсь, как культуролог, я проявил вопиющую профнепригодность, проигнорировав предмет своей специальности. Культуру. И “Галактику Гутенеберга” читал, и типологии культуры проходил, а всё же. А всё же я думал, что принадлежу я к культуре еврейской, ведь школа, община, вот это всё. Совсем недавно объяснял живо интересующемуся итальянцу, что нет, мы, еврейские понаехалы из разных стран, всё же ближе друг к другу, чем случайные понаехалы из разных стран. И да… И нет. Основой и структурой мышления, а от этого и культуры, выступает язык. Фильм «Прибытие» смотрели? Вот там на эту тему очень хорошо разлился мыслью по древу мой новый любимый режиссёр. А если вам про лингвистику и прочее скучно, то посмотрите ради картинки. А дальше я постараюсь вам изложить вот это своё ощущение сопротивления среды… и неожиданного осознания того, что я не очень хочу расставаться с русским языком.

Самый странный фильм про пришельцев, задаётся банальнейшим вопросом первого контакта. А как, собственно, общаться?

Начнём с простого. Когда я жил в России я мог писать и говорить по-русски. Имеется не просто банальное владение грамотностью и речью: имеется в виду риторика и, прости Г-ди, литература. Я мог вещать на аудиторию, какую мог собрать, на заданные и свободные темы. Неплохо, надо сказать, особенно приняв вдохновения.

Я писал всякую чушь не только на анонимных форумах, но и вполне себе рассказы в стол. Даже давал друзьям почитать. Писательские лавры снились мне. Лера Тёмкина увещевала послать что-то на “дебют”. Так и не послал, каюсь.

К чему это? Язык — это структура мышления. Ле маман говорит, что я, как говорить научился, так с тех пор и не затыкаюсь, то есть потратил реально много времени на оттачивание навыка разговорной и вещательной речи. Но простой язык — простые мысли. Мой иврит повседневный и вполне собачий, хотя учил я его не сильно меньше, в живую языковую среду я попал только с алиёй. Да и среда тут… Это как изучающий русский язык попал в Севастополь, или Новороссийск, или того хуже, в Ейск, где я в детстве бывал раз-другой. Курортный город, и ЩО вы хотели, как говориться.

От собачьего иврита страдает, внезапно, русский. Помимо того, что даже самый высокоинтеллектуальный разговор будет проходить на русском-матерном, просто потому, что это больше не табу, а скорее фишечка среди своих, мозг привыкает искать простейшие варианты построения предложений. Эти два фактора могут родить, например, такое:  

Эллочка людоедка эйлатского разлива ведёт рассказ про некоего Сашу, который торчит людям денег, состоящий из “Что, говорит, типа, но” и имени собственного “Саша”. Соль в том, что все эти не несущие смысловой нагрузки слова дублировались ещё и на иврите, достигая внушительного запаса в аж восемь слов. Как тебе такое, Ильф и Петров?

Но даже высокий иврит, будем честны, в выразительных средствах не русский. И я не Набоков (да, я в курсе, что оригинал «Лолиты» на английском), но до моего идеала текста уровня Ильи Масодова (слабонервным не гуглить, я очень серьёзно) здесь стремиться нет ни особых сил (это же жизнь положить), ни смысла (читать-то это некому). То есть я вроде как мог предвидеть такой вариант развития событий, но почему-то решил проигнорировать. Теперь я несколько стеснен в потенциальной аудитории и возможностях писать.  Отдельное спасибо, Джейэвентс, что есть ты.

Взято отсюда: twitter.com/abroadunderhood/ Говорят Лёва Биджва в ЦАХАЛ. Хороший твиттер, подписывайтесь.

Кстати, сам себе этим рассуждением ответил на вопрос, почему Лёва и Шура из БИ-2 сделав крюк по миру вернулись в РФ. Сначала удивлялся очень, узнав, что они из наших (евреи, евреи, кругом одни евреи), а потом — зачем вернулись.

Теперь к устному, риторике и иже с ней: уровень дискуссии в обществе примерно никаков. Если ты желаешь поспорить с израильтянином о целесообразности чего угодно, то старая добрая присказка про один вопрос, двух евреев, три мнения, дополнится “и один чёрт никто никого не слушает”.

Я лично попадаю в три варианта развития любого конструктивного спора (помимо перехода в неконструктивную критику собеседника, его родителей, домашних животных, страны происхождения, и прочая, прочая, прочая):

1 Мне не хватает иврита, я перехожу на английский, под грузом аргументации собеседник выплёвывает “просто ты лучше говоришь на английском и любишь поспорить, так бы я тебя уделал”.

2 Иврита хватает, но тогда собеседник, в зависимости от тяжести аргументов, сворачивает или на третий или на первый пункт (им зе каше леха бе иврит, аз тагид бе инглит (если тебе тяжело, так скажи на английском) и см п.1).

3 Братан, я всё понимаю, твоя позиция ясна. И ТЕМ НЕ МЕНЕЕ ты должен\мог бы\просто по-человечески сделай по-моему.

Вот это вот «просто по-человечески» — стоит отдельной ремарки. Если в разговоре проскакивает «кмо бен-адам» (человек — сын адама. иногда просто адам) значит вы реально исчерпали ресурс словесной защиты собеседника и отступил к последнему известному ему аргументу. Я бы сказал, что это частичное, и, возможно, несознательное признание ВОЗМОЖНОСТИ собственной неправоты. Типа «даже если я тут и неправ, но по-человечески (абстрактно от нас с тобой, в идеальном сферическом мире в ваакуме) ты должен поступить так-то (выгодно мне)». Этот феномен требует дальнейшего наблюдения и изучения, ожидайте обновлений.

В случае, если я гоню и признаю, что спорол чушь, у собеседника вырастают крылья, сияние моисеево окружает чело, а лицо выражает дистиллированное “аяжеговорил”. Что в целом универсально в мире, вынужден признать, и сам грешу.

Юй Великий, усмиряет воды чуть больше четырёх тысяч лет назад (но это не точно). Про Ноя в Поднебесной не слыхали, так что с потопом пришлось справляться своими силами. До мифологического появления Японии ещё тыщи полторы лет.

Рассказывать людям про мои любимые темы — историю, искусство, и прочее — тоже несколько конченное занятие. Просто перескажу короткий отрывок из разговора с парнем подруги. Он говорит по-русски, но вырос здесь. Спросил меня, про “что я там в ВУЗе учил”. Китай, говорю. А почему не Япония? Честно отвечаю, что, поначалу, я именно ей и интересовался, но потом проникся к Поднебесной, пять тыщ лет истории это вам не хрен собачий.

А тебе типа интересно, ну… что там РАНЬШЕ БЫЛО? (это,кажется, такое вот определение истории). Сказал бы, что это индивидуально моя удача, но, судя по рассказам Аси, “история” тут слово не ругательное, а скорее просторечие. Типа, вроде ничего страшного, если скажешь, но серьезные люди так не выражаются.

Было время, когда я думал, что это нормальное состояние осознанного субъекта международных отношений. Какая разница, что там у хохлов, как живут за забором, если у меня своя трава зелённая. Столкнувшись пару раз с молниеносными ответами от подростков на вопросы по давним и недавним войнам Израиля, я даже в этом казалось бы удостоверился. Однако, сейчас я вижу, что историческая картина у обывателя моего и чуть младше возраста мифологизирована и узка, как курс истории КПСС.

 

Своеобразная книженция в жанре альтернативной истории, где государство Израиль просуществовало… недолго.

Из разговора о том же сионизме и истории (которая, по моему разумению, нас сюда привела):

Чувак, но если отбросить всю эту историю, всё это еврейство, то зачем мы здесь? Сел на самолёт и улетел, прям завтра, нефиг тут делать. Упёрлась нам эта земля, эти арабы, ща бы на мадагаскаре с лемурами танцевали!

Но это прекрасная земля! Мы тут, потому что это красивая страна.

Она стала красивой стараниями первых поселенцев. Это была, натурально, пустошь, когда они сюда добрались. Того более, были и такие, кто ласты с голоду подвернул. Ради чего? 

Да какая пустошь! У нас земледелие! Почвы! Слышал, про “плодородный полумесяц”?!

Нарисовал очень схематично карту Израиля и предложил потыкать пальцем, где и что выращивали. После короткой, но не слишком позорной экзекуции, порекомендовал съездить в Гданию, поспрашивать о земледелии на заре сионизма. 

 

Попытки сконнектиться на общемировой поп-культуре тоже зачастую плодов не принесут. По итогу внешняя культура тут как бы фоном светит, а внутренняя развивается очень вяло. Круг немного замкнутый — чтобы создавать надо вдохновляться, чтобы вдохновляться, надо чтобы было чем, а чтобы было чем, надо чтобы это создавали, а чтобы создавать надо… накуриться. Недостающие звенья тут заменяет телеграсс.

Короче, сведя всё к одному: Что можно хотеть от страны, где существует как единый орган “Министерство Культуры и Спорта”. А вы там на Мединского жалуетесь. Он свой диссер хотя бы не в Лесгафта защищал, безотносительно подлинности.

Итак, человек израильский имеет свой менталитет и структуру мышления завязанную на языке. Не только на нём, конечно. Но простой путь от точки «а» к точке «б» не просто продукт воспитания и жаркого солнца, как говорят бихевиористы, а, в том числе, естественное продолжение языка. Так что, ВОЗМОЖНО, раньше у нас было два вида евреев (культуры идиш и ладино, сфардим и ашкеназим), а теперь тридцать два, потому что на иврите говорят здесь, а не там, а там говорят на местном. Свежевышедшие «Синонимы» как раз примерно об этом. Когда человек хочет перестать быть израильтянином, он перестаёт говорить на иврите. Прям изо всех сил перестаёт. Так что для того, чтобы “влиться” в Израиль надо не просто выучить иврит. Надо, до определённой степени, забыть русский. Все же видели эти милые видосы про “Это фешн” и прочие суржики русского и любого другого языка? Это совершенно естественный процесс. Он не контролируется. Поговорив день на работе на иврите на отвлеченные темы я испытываю ощутимые сложности, изъясняясь на высоком русском или английском. Хотел вот шуткануть шутеечку, солонее чем огурцы “квуцат явне”, пока вспоминал слово “интеракция” упустил момент. То есть дело не просто в хорошем знании языка. Дело в том, чтобы на этом языке ещё думать и делать.

…в знак на руку твою, и да будут они знамением над глазами твоими!
Книга Дварим

 

— не иначе.

Думаю, можно даже застрять посреди этого процесса. Есть же общины американских говорящих на идиш евреев. Ну не хотят они ни в Америку, ни в Израиль. Есть (спасибо Леонид Ланда за прекрасное выражение) ультрапейсы в Израиле, которые как бы здесь, а как бы на идиш. Есть брайтон бич и есть бат-ям. Причина тут, думаю, одна. Имея различную структуру мышления, тот самый менталитет, влиться в новое общество тяжело, а если ты и не имеешь особо желания вливаться, то и невозможно. Но если ты всё же решился — риск постоянно быть в некоей турбулентности социальных взаимодействий слишком велик. Общество — это река с течением, родной язык — стебель камыша, а ты — зацепившаяся за него травинка. Покуда не отпустишь (или не сорвёт), вокруг тебя всё время будет слегка (?) волноваться водная гладь. И это просто так устроено, некого винить.

А когда я хочу поразить всех богатой русской культурой, я показываю ранние клипы Little Big. ВЭЛКАМ ТУ РАША.

Если менее поэтично — ты говоришь на русском и ты записан в русские. У меня есть привычка ругаться под нос себе вслух, когда я занят, раздражён или просто от скуки. Услышав русскую речь (тем более матерную) израильтяне очень умиляются и начинают задавать вопросы вида “ма атэм русим тамид” (что вы русские вечно) — дальше может быть что угодно. По сути, любая вещь, которую я делаю и её уже делал на глазах израильтянина другой снгшный репатриант может быть окончанием этой фразы. Я узнаю новые стереотипы о русских каждые пару недель.  Справедливости ради, не всегда от израильтян. Помимо классических «Водка, матрёшка, бабушка, БАЛАЛАЙКА — Эвридей айм дринкинг, айм дринкинг эвридей» есть ещё обязательная морозоустойчивость, обязательный акцент: ты неправильный русский, у тебя нет русского акцента! ДОНТ ВОРИ МАЙ ФРЭНД, особая внешность (ты не похож на русского! А на кого, гестповец ты эдакий, я похож?). Вот, недавнее: американец венгерского происхождения, спрашивает — зачем ты считаешь на калькуляторе, вы же, русские, всё ещё учите что-то в школе? (И добавление, от нашей шкипер: вы, русские, учите что угодно, кроме языков, потому что думаете, что русский лучше всех)

«Неправильный русский» это ваще моё любимое. Ну откуда вам знать, в своих штатах и израилях, какие правильные русские. Особенно на примере меня. Надо мной преподавательница в ВУЗе смеялась, что я Достоевского не читал. Иногда я терпеливо объясняю, что я поддельный русский, что у меня дедушка еврей, а другой — карел. Что я как помесь бульдога с носорогом и нацмен. Что меня такой-то мордой на родине нет-нет да поминали. А иногда я просто включаю ФУЛ РЕД ОКТОБЕР МОД. МАЙ МАЗЕРЛЕНД ДЕМНАНДС МИ ТУ СПИК ЛАЙК ЗЫС. ИМ ЛЁ ЦАВА РУСИ, АЗ АТА В КОЛЬ А МИЩПАХА ЩЕЛЬХА (аккуратно, много ругани и очень сломанный иврит). То и другое стёб, конечно. Я вообще редко серьёзно. Предпоследний рыцарь постмодерна.

Об этом, я конечно, тоже писал. Там ты был еврей, а здесь ты русский. Такой вот неразменный шекель. И ладно бы это были исключительно потомки махровых поселенцев, которые позволяют себе такое пренебрежительное отношение. Проживший тут год такой же олим из Испании (справедливости ради сын израильтянина) будет тебя русить. Спрашивает меня «КАК ДИЛА» и тут же «эйх а русит шели, Леонид». Ещё он пытается произнести «ЛИОНИА» но это такой ор, что даже нет сил объяснять. Спрашивал меня, где купить пельменницу. То есть, натурально, где-то нахватался какой-то лютой клюквы. Подозреваю, от соотечественников с ностальгией по берёзкам. 

Но тут каюсь, грешен. Я сам, в разговоре о выборах, пытаясь доказать, что “вы, ребята, слабо себе представляете, что такое коррупция” очень скоро попал в ситуацию “ой, всё заткнись. Посмотрите на меня, я Леонид, вы ничего не знаете, вот у меня в России, бла, бла, бла.” И не то чтобы это было такой уж неправдой. Но, согласитесь, сомнительный контраргумент. Сами же выборы заслуживают отдельного текста. Ограничусь тем, что они здесь, во-первых, таки есть, и, во-вторых, всё ещё далеки от демократического процесса, а похожи на разборки вида “топи за своих” или “против тех”. Одни снимают предвыборные ролики вида “Биби, не учи нас жить”, другие лепят наклейки “дафка Биби” — только\точно\назло(?) Биби.

В итоге прокинул всех упомянутый в ролике про ЦАВА РУСИ Либерман. Забавнейше, конечно, смотреть и слушать, как какие-нибудь израильтяне американского происхождения с некоторым даже восхищением говорят » У лё меватер» — он не сдаётся. С характерным таким «р», как в слове «wrong».  Хотя повторные выборы, конечно, скорее памятник упрямству — сколько бы там Биби не украл(?), перевыборы всяко дороже. Но все уже договорились, что ему пора, на благое дело денег не жалко. (А Либерман получит на три мандата больше. Совпадение? Ну вы поняли).

Незадолго до, собственно, выборов, я столкнулся с тем, что парень, который совсем недавно говорил, что политика ему не интересна, все эти политики сплошь воры да идиоты, внезапно прям взбыканул на меня, узнав, за кого я голосовал. Дело в том, что партия Зехут, такой интеллигентский выбор (можно гуглить), которой я свой голос отдал, не прошла электоральный барьер. Ну нет интеллигенции в достаточном количестве. Так вот неожиданно прозвучало “ты выбросил свой голос! Мог бы проголосовать за кого-то другого, чтобы наконец убрать Биби, а так тупо профукал”.

Это хороший пример, потому что он показывает классический образ местного мышления: это правильно, потому что я так думаю. Даже если я начал так думать вчера. То есть у меня в этой системе координант как бы нет опции быть НЕ против Биби. Или, кошмар, даже ЗА. И я думаю, что делать выбор исходя из своих политических предпочтений — это правильный способ голосовать. Не против, а за.  В смысле, отставим реальные политические пристрастия, ведь суть ситуации: ЗАЧЕМ ТЫ ДЕЛАЕШЬ НЕ ТАК, КАК Я ХОЧУ?

Причём здесь язык и всё такое? Не знаю, как вас, а меня недобитый советской властью интеллигентский дедушка учил, что надо останавливаться и думать. Смотреть на плоды, так сказать, своих трудов, и думать, всё ли я делаю правильно.  Ле маман ещё учила, что я не пуп земли, не смотря на все старания бабушки по закармливанию меня мороженкой и вообще всем на свете. Этому можно научить на любом языке, но всё-таки «я» — последняя буква алфавита, это мы знаем с младых когтей. А здесь личное местоимение первого лица начинается с «алеф» — буквы первой.  

И нет, я не думаю, что меня воспитали правильно, а его нет. Просто когда в уже другой ситуации с тем же человеком, мы крепко поцапались на той же почве (в смысле, почему я не делаю так, как он хочет, а не в смысле выборов) я понял, что мне будет реально тяжело объяснить ему, в чём вообще дело. Что мы выросли в разных условиях. По-разному воспитаны. Что я даже эквивалент слову «воспитание» не могу найти в своём словаре. Я знаю education, to be raised, или גדלתי ככה, и это эквиваленты образования или взросления. И вот в этот момент тут столкновение культур, а не только людей.

Есть кое-что чисто восточно-европейское в этом столкновении. Когда аргументы кончаются у израильтянина, он может тебя обругать, а может и не обругать, но скорее всего дальше он просто гордо удалится, да и забудет о тебе. Ну максимум распушит хвост, надует грудь, и будет давить авторитетом. А когда у меня (кончатся аргументы), одетый в три полоски внутренний голосок прямиком с ветеранов шепчет «втащи ему». Потому что кое-что является константой во всём постоюзе: насилие это не выход. Насилие — это метод. 

В догонку к трёхполосному голосу — учил ребят на работе правильно сидеть на кортах. Вот оно моё культурное наследие.

Герой своего времени Данила опознал в немце Гофмане еврея. А может быть еврей Гофман прикинулся немцем, потому что евреев «как-то не очень». В любом случае, еврея в нём опознали не по маме.

Долго вёл, но надеюсь веревочка свилась. В России, и тем более до этого в СССР можно было быть очень пассивно евреем. Можно было это любить или не любить, соблюдать или нет, но быть. Сейчас тебя сам найдёт Таглит, свозит в Израиль, сводит на семинар, на пьянку, на шабат. Поговорит о том, что делает нас евреем, о всяком. На следующий день ты встанешь и решишь, что евреем быть тебе надоело, но не волнуйся, тебя всё ещё как-нибудь где-нибудь обзовут, потому что ты «зажал» сто рублей своим русским друзьям\чувакам с работы, а то и просто кудрявый. Потому что деньги есть на бигудей. В смысле, серьёзно, один из последних общинных вопросов, которые я, помню, пытался решить для себя (а так же кареугольный в моём переезде) был «Как еврейским организациям конкурировать за участников» только не друг с другом. С кинотеатрами и кафешками. Ведь ты можешь быть фанатом «Мстителей», веганом или евреем. Что сегодня? Ну, у евреев хоть бесплатно. 

Израиль, с моей субъективной точки зрения, так же не без удовольствия русит бывших постсоветских евреев. И ведь за что? За то, что мы все ещё любим пельмени со сметанкой? За рассказы о том, как в России было ваще что угодно? За матершину? За магазины? В смысле, все эти молодые да светские к религии любви питают не больше моего. Но они ТруЪ, а мы русские. Потому что приехали из России. Теперь, конечно, благодаря недавним событиям, ещё выучили существование Украины. Если так дальше пойдёт, то, глядишь, весь постсоюз разучат. 

Так что, я бы, может, и рад так вот с головой нырнуть, да чет не получается. Кажется я ныряю на задержке дыхания. Или беру баллон берёзок и дышу им. Вроде я здесь, а всё же нет. А у местных жабры. Они тут родились.

Но вопрос, всё же, не в том, смогу ли я стать совсем местным. Или достаточно глубоко интегрироваться. Вопрос вот в чём: теперь, когда я присмотрелся, и что-то понял о местном менталитете, должен ли я стать таким же?

Леонид Ерухимов

Леонид Ерухимов Мне 26 лет, я родился в чудном географическом недоразумении на границе полярного круга со звучным названием г.Апатиты, в Петербурге жил с 4 лет, на юго-западе, чуть меньше года назад репатриировался в Израиль, живу и работаю инструктором по дайвингу в городе Эйлат. Евреи у меня в семье дедушка и я. Остальные ранжируются между воздержанием и открытым неприятием национальной идентичности.

Все статьи автора

Неразменный Шекель